Деньги: У меня заплатил телефон

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading ... Loading ...

Уходящий год войдет в историю человечества, помимо всего прочего, как начало эры мобильных платежей. Пластиковые карты, еще вчера передовой инструмент на рынке финансов, уходят в прошлое. "Деньги" решили испробовать новую технологию, чтобы понять все ее сильные и слабые стороны, а заодно приоткрыть дверь в новый дивный мир.

Подключение к матрице

Патриаршие пруды, хипстерская кофейня, на столе два последних достижения корейского и американского смартфоностроения — седьмой айфон и Samsung Galaxy S7. За столом — подруга, которая давно в теме и любезно согласилась ввести меня, непосвященного, в новую реальность. Мы встречаемся как шпионы, как Нео и Тринити, в этом самом пижонском месте Москвы, но наша цель не обмануть "Матрицу", а наоборот, подключиться к ней.

Первое открытие — новый "яблочный" смартфон мне не нужен, программа, необходимая для Apple Pay, оказывается, уже есть в моем iPhone6+. Она называется Wallet — просто я воспринимал ее как одно из бесполезных, навязанных приложений. Пара кликов — и на экране появляется окошко, которое достаточно нацелить на пластиковую карточку, чтобы телефон считал ее номер.

Первый облом — программа выдает сообщение: "Эмитент вашей карты пока не предоставляет поддержку для этой карты" и услужливо подсовывает список банков и типов карт, которые предоставляют. Подходящих банков, оказывается, в России пока всего десять, и почти все они имеют дело с MasterCard: Visa присоединилась к проекту позже и еще не везде успела прописаться.

Процедура подключения для неофита выглядит угрожающе: нужно ввести все данные своего пластика — в том числе "трехзначный код на обороте". Прислушиваюсь к собственным ощущениям. Они странные — как будто вышел голым на мороз. С одной стороны, создатели технологии обещают полную безопасность. С другой — российские хакеры самые лучшие в мире. На всякий случай оставляю на подключенной к айфону карточке 10 тыс., а все сбережения отправляю на отдельный банковский счет. Все, теперь я тоже "Избранный" и могу шокировать кассиров своими сверхспособностями.

С Samsung Galaxy S7 алгоритм примерно такой же, разница лишь в том, что здесь надо еще и расписаться — прямо на экране телефона. При этом происходит так называемая токенизация — система для дополнительной безопасности генерирует номер новой, виртуальной, карты, с которой и будет потом производить расчеты. Пользователю она сообщает лишь четыре ее последние цифры. Они нужны для того, чтобы назвать их, если потребует кассир.

И Samsung, и айфон умеют подтверждать платеж отпечатком пальца — достаточно приложить его к сканеру. Точно так же можно рассчитываться в интернете — если интернет-магазин поддерживает это приложение (многие уже поддерживают). Теперь не нужно каждый раз вносить свои данные, просто подносите телефон и нажимаете на нем дактилоскопический распознаватель.

При этом в офлайновых магазинах айфоном можно рассчитаться только по бесконтактной технологии оплаты (слово PayPass стало нарицательным, хотя самого бренда уже не существует), приложив телефон к терминалу, как карточку. Samsung более всеяден — он поддерживает также технологию электромагнитной передачи MST (это когда пластик по старинке прогоняют по терминалу магнитной полосой). Для этого надо поднести телефон к терминалу.

Впрочем, продвинутых официантов с Патриарших прудов это преимущество скорее ставит в тупик.

— Можно заплатить у вас телефоном? — спрашиваю, когда моя встреча с Тринити заканчивается.

— Нет, наш терминал не поддерживает PayPass.

— Но у меня Samsung, я могу заплатить через MST,— настаивает "Избранный".

— Впервые слышу об этом. Наверное, нет,— отвечает официант и сбегает.

Вскоре появляется официантка посмелее. Она соглашается попробовать. Подносим телефон к терминалу "справа, параллельно магнитному считывателю", как советует инструкция, платеж действительно проходит. Но вместо того, чтобы радоваться наступлению новой эры, девушка, кажется, раздражена.

Дальнейшее патрулирование местных кафе и магазинов приятно удивляет. Не прошло и месяца с момента выхода на российский рынок мобильных платежей с глобальными кошельками, а уже большинство кассиров и официантов в центре Москвы умеют ими пользоваться.

А как обстоят дела с новой эрой на окраинах столицы? Например, в Бирюлево.

— Вот увидишь, в Западном Бирюлево у тебя отберут айфон, а в Восточном — Samsung. Или наоборот,— пошутил коллега, отправляя "меня на задание".

Страх и любопытство в Бирюлево

Как известно, вся американская рэп-культура построена на противостоянии East coast и West coast. Думается, в Бирюлево американским рэперам пришлось бы нелегко: здесь есть не только Западное и Восточное Бирюлево, но еще и Товарное.

Вернемся, однако, к первым двум. Оба района знамениты своей труднодоступностью. Сюда можно попасть или по вечно забитым шоссе, или на электричке от Павелецкого вокзала. Метро? Нет, не слыхали.

Именно на электричке сюда приехала к нищей семье своего непутевого сына Елена — главная героиня одноименного фильма Андрея Звягинцева. На деньги нового богатого мужа Елена покупает продукты в одном из магазинов Востряковского проезда. Расплачивается она пижонской карточкой, выданной ей на "карманные расходы". Дело происходит совсем не так давно — в 2011 году. Продавщицы смотрят на Елену с явной неприязнью — расчеты по карточкам тогда шли медленно, да и сами пластиковые деньги символизировали принадлежность к миру Патриарших прудов. Примерно как сейчас седьмой айфон или "Самсунг" с подключенной системой мобильных платежей.

Повторим маршрут Елены и мы.

На Павелецком вокзале все автоматы сегодня оснащены бесконтактной технологией для оплаты картой, тут никаких сложностей не возникает. Если же хочется живого человеческого общения, можно пойти в кассу. Дальше — как повезет. Кассирши делятся по отношению к "телефонным платежам" на четыре категории: 1) знают и видели; 2) знают, но не видели; 3) не знают, но готовы попробовать, им интересно; 4) не знают и относятся подозрительно, зовут охрану.

Билет всего за 32 руб. (оплаченный по технологии Samsung Pay) — это цена путешествия не в пространстве, а во времени. "Огурчики, помидорчики, капустка",— зазывают бабушки в переходе, ведущем со станции Бирюлево-Пассажирское к жилым массивам. В центре Москвы уличную торговлю я сто лет в обед не видал. Разумеется, бабушки карточки не принимают, но ориентируются в ситуации мгновенно.

— Хочешь заплатить телефоном? Давай сюда свой телефон и бери все, что у меня сегодня осталось.

Бирюлево оказывается гораздо более продвинутой территорией, чем кажется из центра. В первом же магазине на кассе установлена реклама — "Расплачивайтесь по Samsung Pay". "Конечно, я знаю, как это работает",— нервно реагирует продавец на мой вопрос, слыхал ли он о таком.

В Востряковском проезде нахожу тот самый магазин, в который заходила Елена. Терминал оплаты по-прежнему на месте. Для эксперимента тоже набираю продукты и подхожу к кассам. На вопрос, можно ли "заплатить по телефону", сотрудница магазина делает круглые глаза, но тут же демонстрирует готовность к переменам.

— Нет, я такого еще не видела. Но сейчас чего только не придумают, уже ничему не удивляюсь. Эй, Зарема, иди, сейчас нам фокус покажут,— кассирша зовет уборщицу, скучающую без дела.

— Гляди-ка, сработало! — радостно удивляется продавщица, но видно, что пару секунд она тоже чувствует себя выставленной голой на мороз: а вдруг это все иллюзия, никаких денег этот подозрительный тип не заплатил, а с нее потом вычтут?

— До чего техника дошла! — вступает в разговор работница соседней кассы.— Скоро будет так: моргнул глазом — и уже оплатил.

— А еще лучше так: подумала о новых туфлях — и они твои,— смеются девушки.

Технологии — это весело

О том, какие эмоции вызывают у людей новые технологии, уже сложено немало анекдотов. Правда, пока их друг другу рассказывают лишь специально обученные люди, проводящие полевые испытания новых услуг и технологий. Для этого компании уже давно обзавелись собственными армиями крауд-тестеров, распределенных по всему миру (Россия тут не исключение) и готовых проверить на себе любой новый продукт. Сотни тысяч человек, которые бродят среди нас и изучают наше будущее.

— Каким бы гениальным ни был разработчик нового продукта, рынок всегда умнее,— считает Надежда Бойченко, директор компании CrowdTesting.Ru.— Рынок готов преподнести массу сюрпризов, в том числе и неприятных. Вспомните историю с гугл-очками. Все прочили им большое будущее, компания вложила в проект огромные деньги, а проект не пошел — людям не понравилось, что нарушают их прайвеси.

CrowdTesting.Ru тестирует новые сервисы и продукты во всех географических точках и социальных нишах. Очки для виртуальных путешествий, зубные щетки, следящие за здоровьем хозяина, smart TV, ритейл, телеком, финансы, автоиндустрия — самая большая проблема, оказывается, вовсе не дремучесть кассиров и продавцов, а правильный баланс между новизной и готовностью людей ее использовать. Хороший продукт как хорошая музыка — на 50% это то, чего ты ожидаешь, а еще на 50% — неожиданный, но всегда приятный поворот. Чтобы найти этот баланс, проверка продукта на востребованность начинается, как правило, еще на стадии идеи.

— Вот еще одна анекдотичная история, — продолжает Бойченко.— Приходят к одному крупному предпринимателю молодые энергичные ребята с "гениальной идеей" — продавать кофе в автомобильных пробках. Вроде все сходится: люди в пробках скучают, руки свободны, почему бы им не взбодриться? Клиент уже готов был этих ребят проинвестировать, но все-таки решил обратиться к тестировщикам. На выделенный бюджет они организовали эксперимент — закупили термосы и отправили этих стартаперов один день поторговать кофе в пробках. К вечеру уже всем стало ясно, что идея провальная. Как вы думаете, почему?

— Люди не стали покупать кофе, потому что боялись, что их отравят?

— Нет, все еще смешнее. Стартаперы просто не смогли найти пробку! Точнее — ее поймать. Как только они приезжали туда, где она есть, пробка рассасывалась. Они бежали в другую точку Москвы — и снова опаздывали. Так весь день и пробегали по городу. Оказывается, образование пробок — слишком хаотичный и непредсказуемый процесс, чтобы делать на него ставку. Можно, конечно, выставить продавцов на всех магистралях, но издержки будут слишком велики, такой бизнес нежизнеспособен.

Другая интересная тема — география социального оптимизма. Любопытно, насколько по-разному реагируют на новые продукты и сервисы в разных городах и регионах России, впору писать на эту тему диссертацию. Например, в Новосибирске и Екатеринбурге люди продвинутые, они быстро осваивают все новое, а вот жители Кургана очень недоверчивы.

— Но больше всего нас поражает знаете что? Когда приходится выдавать людям ценный реквизит (например, те же смартфоны или пылесосы с управлением на iPhone), все добровольцы после испытаний возвращают его по первому требованию,— продолжает Бойченко.— Никто не пытается заныкать полученный гаджет, хотя в некоторых проектах цена устройства достигает 70-90 тыс. рублей. Выходя на российский рынок, мы, честно говоря, были худшего мнения о наших соотечественниках и морально готовились списывать часть стоимости тестируемых гаджетов по статье "издержки".

Смартфон будет читать нас, а не мы его

— Пока что Samsung Pay и Apple Pay — это нишевый сервис для людей с дорогими гаджетами. А мы с вами все еще страна телефонов с фонариками. Если производители не сделают дешевый смартфон, то ничего не изменится,— возвращает меня с небес на землю директор "Яндекс.Денег" Мария Грачева.

Массовому распространению в России мобильных платежей мешает именно это обстоятельство — маленькая доля смартфонов. При этом с точки зрения инфраструктуры для таких платежей в России все готово. "По уровню проникновения бесконтактного способа оплаты наша страна входит в топ-10 мировых лидеров",— констатирует Грачева.

Тут все дело в том, что в России банковские карточки появились гораздо позже, чем, например, в США,— в 1990-е годы. Поэтому в страну пришли передовые по тем временам технологии — в частности чипы. США, где "кредитки" известны с середины XX века, плотно застряли на уровне карточек с магнитными полосами. Так Россия, стартовав позже, опять обогнала Америку.

"Яндекс.Деньги" тоже решили принять участие в проекте Samsung Pay и Apple Pay.

— У нас самые современные и продвинутые пользователи. Логично предположить, что им тоже захочется попробовать расплачиваться мобильным телефоном. Почему бы не дать им такую возможность? — рассуждает Грачева.— Количество бесконтактных платежей в нашей системе выросло за два месяца в пять раз. Но основная часть транзакций — не больше тысячи рублей. Люди пока психологически не готовы оплачивать телефоном дорогие покупки. Но это дело времени.

— А как вы сами оцениваете безопасность мобильных денег?

— Пока никаких серьезных "косяков" за технологией не обнаружено. Как и в случае с пластиковыми картами, технология надежна, а главная опасность — сам пользователь. Нет ничего хуже пароля, написанного на карточке или наклеенного на экран смартфона. Взламывать платежные системы — для мошенников это слишком дорогостоящий и рискованный путь. Гораздо проще и безопаснее манипулировать самими людьми, вынуждая их добровольно отдавать свои деньги.

Основное преимущество мобильных платежей — это удобство. Телефон мы почти всегда держим в руке и редко забываем. Но смартфон — это лишь промежуточный этап, считает гендиректор "Яндекс.Денег". Гаджет можно потерять, сломать, у него может сесть аккумулятор. Дальнейшее развитие платежных технологий пойдет по пути отказа от необходимости вообще носить что-либо с собой. Следующее поколение мобильных технологий окончательно возьмет в оборот биометрику. Ведь самое надежное — использовать то, что и так есть у человека: лицо, руку и так далее. И для этого вовсе не обязательно вживлять в десницу какой-нибудь чип и пугать ортодоксальных верующих. "Чтобы расплатиться, достаточно будет кивнуть, моргнуть, приложить палец к сканеру",— прогнозирует Мария Грачева. Так, глядишь, и исполнится мечта бирюлевских продавщиц.

Взрыв мозга

"Метро "Китай-город". Поворот с Колпачного переулка за домом 4 в квадратную арку жилого дома. Дальше — двухэтажный зеленый дворец",— описывает свое месторасположение российский интернет-омбудсмен Дмитрий Мариничев. Судя по всему, человек он смелый, ведь "зеленый дворец", в котором Дмитрий обитает, когда-то принадлежал Михаилу Ходорковскому. Посмотрим, сможет ли Мариничев предсказывать будущее лучше, чем его предшественник по особняку.

— Карточка или смартфон — это всего-навсего идентификатор. Ключ, который вы носите с собой. К деньгам он имеет примерно такое же отношение, как ключ от квартиры — к самой квартире. А если брать будущее денег, то, конечно, оно будет совсем не таким. Оно уже не такое,— интригует Мариничев.

Будущее принадлежит криптовалютам, уверен он. То есть децентрализованным системам обмена информацией. Они станут "мерой всех вещей", которую будут генерировать миллионы компьютеров. Мы как будто снова вернемся от денег к натуральному обмену, только на новой ступени развития цивилизации этот обмен будет осуществляться с помощью алгоритмов и программ.

Иными словами, будущее денег — их полное отсутствие. Им на смену придет распределенная система управления, которая будет грамотно рулить процессом удовлетворения потребностей человека. Сам Мариничев для простоты называет такое состояние общества "цифровым коммунизмом". Правда, сразу уточняет, что это определение хромает на обе ноги, но более точного слова человечество еще не придумало.

— Вероятность того, что останутся фиатные классические деньги (деньги, чья стоимость устанавливается государством.— "Деньги"), близка к нулю. Я не знаю срока, за который это произойдет, но, вполне возможно, уже на нашем веку фиатная система изживет себя сама,— прогнозирует интернет-омбудсмен.

Фиатные деньги и криптовалюты соотносятся между собой примерно так же, как железнодорожный и автомобильный транспорт. Железная дорога принадлежит государству (по крайней мере в России). Государство определяет стоимость билетов, прокладывает рельсы, по которым покатятся вагоны, и составляет расписания. Пассажирам остается лишь запрыгивать в эти вагоны. Кто-то может позволить себе люкс, а кто-то — только плацкарт или электричку. И всю эту систему можно выключить одним движением рубильника, если очень сильно захотеть.

Автомобили — вещь гораздо более сложная, но именно поэтому более устойчивая. Если взять всю совокупность дорог и транспортных средств мира, то получится, что это хозяйство принадлежит всем и никому. Кто-то возит сам себя, кто-то предлагает услуги таксиста. Кто-то бесплатно подвез любимую тещу, а кто-то каждый день катает чиновника на дорогой машине, которая не принадлежит ни водителю, ни пассажиру.

Примерно такое же многообразие будет царить в мире взаиморасчетов. "Переход с фиатных денег на криптовалюты — это не проблема технологий, это проблема того, как люди думают",— уверен Мариничев. По мнению омбудсмена, отказ от фиатных денег в пользу криптовалют предопределяют два процесса, идущих одновременно, прямо у нас на глазах.

Первый — отмирание современного типа государства (забавно слушать об этом от уполномоченного по защите прав предпринимателей, назначенного президентом РФ). Его сервисные функции все больше становятся в прямом смысле слова автоматическими — их выполняют компьютеры и роботы. Живой человеческий фактор со всеми его недостатками из государственной операционки стремительно исчезает. Самый наглядный пример — портал госуслуг, который давно пришел на смену вечно недовольным теткам в присутственных местах. Из аппарата подавления государство превращается в сервис по управлению информацией о жизни человека: родился, женился, купил, продал, заработал, потратил. А что такое деньги? Деньги — это ведь тоже всего лишь информация. Прежде всего о том, кто ты такой, каков твой статус, вклад в общее дело и, следовательно, на какую долю общественного пирога ты можешь претендовать.

Второй, по Мариничеву, фактор, который в обозримом будущем приведет к торжеству криптовалют,— развитие "интернета вещей". К интернету подключатся не только наши телефоны и часы, но и вся окружающая нас техника — автомобили, стиральные машины, посудомойки, комнатное освещение, магнитофоны, утюги. Особо умные холодильники будут сами анализировать наши вкусовые предпочтения и заказывать нам еду. Они вступят во взаимодействие с ближайшими магазинами и другими бытовыми приборами, "обсуждая" и "решая", кто должен подключаться к электросети и в какой последовательности, чтобы это было дешевле нам, их хозяевам. Своего рода "языком" для такого обмена и станут криптовалюты.

Самих же криптовалют будет бесчисленное множество. Они смогут обмениваться друг с другом информацией о том, как наиболее эффективно удовлетворять потребности людей. Принадлежащая Мариничеву компания RadiusGroup уже запустила собственный блокчейн — правда, пока он используется лишь для праймериз Партии роста, в федеральный политсовет которой входит омбудсмен.

Мариничев пророчит, что все эти изменения несут с собой революционные сдвиги, похожие на переход от собирательства к земледелию, на промышленную революцию или изобретение книгопечатания. На все скептические вопросы омбудсмен отвечает просто: "Если бы сто лет назад вы попытались рассказать людям, что такое интернет, социальные сети, смартфоны и мобильные платежи, вы бы тоже взорвали им мозг. А вот ведь ничего, живем как-то".

Кое-как собрав взорванные мозги в кучу, спускаюсь по шикарной лестнице "зеленого дворца" к выходу. Москва успокаивает своей привычной зимней серостью и слякотью. Вроде ничего пока не предвещает наступления "цифрового коммунизма". Впрочем, это ощущение обманчиво.

— У вас есть наша дисконтная карта? — официантка в кафе реагирует на просьбу принести счет. За столиком — человек с явным отпечатком правоохранительной деятельности на лице.

— А у вас есть наша дисконтная карта? — удивляет ответным вопросом человек "с отпечатком".

— И на что же у вас скидка?

— А у вас на что?

— У нас на все меню, кроме напитков.

— А у нас на любой срок, кроме тяжких.

Наверное, примерно так будет выглядеть разговор криптовалют в следующем десятилетии. Интересно, кто из этих двоих холодильник, а кто утюг?

Денис БУЛАНИЧЕВ, Лаборатория "Однажды"