Коммерсант: Сбербанк не доказал квалификацию клиента

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading ... Loading ...

Сбербанк проиграл в первой инстанции суд по иску "Транснефти". Арбитражный суд Москвы признал законными требования истца, основанные на утверждении, что Сбербанк не довел до сведения компании информацию о возможных рисках и фактически навязал ей сделку. Это самый крупный случай, когда суд встает на сторону корпоративного участника сделки, признавая его заведомо слабой стороной в финансовом споре. Эксперты считают, что складывающаяся судебная практика крайне негативно влияет на российский рынок деривативов и может привести к его коллапсу.

Вчера Арбитражный суд Москвы удовлетворил иск компании "Транснефть" к Сбербанку и признал ничтожной сделку с производными финансовыми инструментами, в результате которой истец получил крупный убыток, сообщило агентство "Интерфакс". Речь идет о сделке процентный своп, которая совершалась в рамках генерального соглашения 2014 года. В конце 2013 года "Транснефть" приобрела у Сбербанка барьерный опцион-пут и продала ему барьерный опцион-колл для снижения стоимости валютного долга ($10 млрд по кредитному договору 2009 года с Банком развития Китая и $1,05 млрд по еврооблигациям). В 2014 году компания заключила с банком сделку процентный своп с целью увеличения барьера по опционам, купленным в рамках прошлогодних сделок. Кроме того, "Транснефть" купила новые опционы со сроками исполнения в конце 2014 года, когда произошел резкий скачок курса доллара. 11 января 2017 года "Транснефть" подала в Арбитражный суд Москвы иск к Сбербанку на сумму 66 млрд руб., требуя признать сделку недействительной. После вступления в силу вчерашнего решения суда (через месяц) стороны будут обязаны возвратить все средства, полученные в рамках данной сделки. Однако по сообщению пресс-службы ответчика, "после получения полного текста решения суда Сбербанк незамедлительно обжалует его в апелляционной инстанции".

В своем иске "Транснефть" настаивала на недобросовестности банка, который, по словам представителя компании, выступавшего на суде, навязал сделку "под видом субсидии" (цитата по "Интерфаксу").

Таким образом, "Транснефть" упирает на недостаточную квалификацию себя как стороны сделки в вопросах последствий приобретения сложных финансовых инструментов. Компания полагает, что банк "неверно сообщил количественные показатели риска" — риск для "Транснефти" был оценен в 10%, тогда как "макроэкономические факторы свидетельствовали о вероятности финансовых потерь компании на уровне 30-35%" (цитата по "РИА Новости").

Сбербанк отверг претензии истца, заявив, что "Транснефть" подписала при заключении сделки Декларацию о рисках, содержащую полную информацию о рисках и вероятности их реализации. В качестве доказательства представитель банка на суде ссылался на презентацию, выпущенную "Транснефтью" за два дня до заключения сделки, в которой указывалось, что компания выплатит по сделке 33 млрд руб. в случае снижения курса рубля до 50 руб./$ (на этот момент курс составлял 32 руб./$). Кроме того, представитель банка на суде сообщил, что "Транснефть" ранее совершила 62 опционные сделки в рамках генерального соглашения, и это доказывает, что истец полностью понимал их смысл.

Сбербанку также предстоит судебный процесс по иску прокуратуры Москвы (подан в интересах Росимущества 7 сентября 2016 года) о признании ничтожной сделки барьерного валютного опциона между банком и АХК "Сухой". Но пока судебная практика в отношении споров, связанных с убытками по сделкам со сложными производными финансовыми инструментами, складывается явно не в пользу банков. "Данные решения подрывают доверие к производным финансовым инструментам, происходит размывание самой сути их существования, изначальной целью которых является хеджирование различного рода рисков",— говорит младший директор по корпоративным рейтингам "Эксперт РА" Мухамед Косов. По его словам, логичным итогом таких решений будет то, что потенциальные участники сделок будут заключать соглашения в другой юрисдикции, где риски ретроспективного изменения условий договора сведены к минимуму. Начальник управления инвестиционного консультирования "Открытие Брокер" Александр Лапутин уверен, что участники рынка будут пересматривать риски при заключении сделок хеджирования, вследствие чего стоимость таких операций возрастет. В Сбербанке считают вчерашнее решение суда "серьезно препятствующим законному развитию этого рынка и нарушающим основополагающие принципы, на которых рынок производных инструментов построен".

Судебные прецеденты, связанные с оспариванием результатов сделок с деривативами из-за внезапного падения курса рубля в конце 2014 года, стали причиной беспокойства ЦБ. В сентябре 2016 года директор департамента по развитию финансового рынка Банка России Елена Чайковская сообщала, что регулятор рассматривает возможность введения квалификации для корпоративных клиентов, которые намереваются совершать сложные сделки с производными финансовыми инструментами. Вчера ЦБ не ответил на запрос. Однако по данным источников "Ъ", знакомых с ситуацией, система квалификации юридических лиц будет подготовлена к концу 2017 года.

Риски разные — итог один

Похожий спор в трех инстанциях в 2016 году выиграла у Банка Москвы компания «Платинум Недвижимость». Суд принял аргумент истца о его недостаточной квалификации на финансовом рынке, которая не позволила ему в полной мере оценить экономическую суть и риски сделок с производными финансовыми инструментами (см. "Ъ" от 18 августа 2016 года). Однако, по словам адвоката КА «Регионсервис» Евгении Червец, которая представляла в суде интересы «Платинум Недвижимости», ассоциировать два этих дела друг с другом нельзя. В частности, в деле «Транснефти» истцом поставлен вопрос не о полном отсутствии информирования о крайне рисковом характере сделки, а о неточном сообщении банком количественной оценки риска. «Из общедоступной информации известно, что декларация о рисках все-таки была предоставлена клиенту ("Транснефти".— "Ъ")», — добавляет она. В ВТБ (Банк Москвы под брендом «М Банк» вошел в состав группы ВТБ) эту тему не комментируют.

Мария САРЫЧЕВА