Forbes Russia: Перестраховка Минфина: консерватизм может принести 1 трлн рублей дополнительных доходов

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading ... Loading ...

Размах налоговых реформ в 2019 году будет во многом зависеть от дефицита бюджета и резервов в 2018 году. Масштабный характер обсуждаемых в последнее время налоговых реформ и связанная с этим общественная дискуссия сместили акценты в вопросах государственных финансов на 2019 год, оставив практически без внимания следующий, 2018 год. Отчасти это понятно. На фоне возможных реформ 2019 года — маневров со ставками НДС и социальных взносов, введения прогрессивной шкалы НДФЛ и других изменений, 2018-й действительно теряется.

Более того, в «выборный год» никто не ждет от правительства каких-либо непопулярных мер, а состояние государственной казны в настоящий момент не позволяет ожидать широких предвыборных жестов. Казалось бы, обсуждать особенно нечего.

Тонкость момента

Но на самом деле 2018 год очень важен. Во-первых, со следующего года вводится новое бюджетное правило. Возврат к жесткому бюджетному правилу — это большой успех в области управления государственными финансами. Во-вторых, в 2018 году планируется объединение Резервного фонда и ФНБ. И хотя мы уже привыкли считать средства обоих фондов резервом для финансирования дефицита бюджета, формальное объединение этих фондов позволяет сделать вывод, что теперь тратить средства ФНБ станет технически проще.

Однако самое главное, чем, по моему мнению, важен для нас 2018 год, заключается в том, что он формирует базу для реформ 2019 года. Возможно, именно от того, насколько успешным с точки зрения показателей дефицита и резервов окажется 2018-й, будет зависеть размах налоговых реформ в 2019 году. Нельзя, разумеется, быть в этом уверенным, но при предположении, что окончательные решения о налоговых изменениях еще не приняты, основания для таких рассуждений есть.

Как видно из материалов проекта «Основных направлений бюджетной, налоговой и таможенно-тарифной политики на 2018–2020 годы», ключевые макроэкономические параметры, закладываемые в бюджетный прогноз, очень консервативны. По мнению Минфина, рост цен на нефть в 2017 году был кратковременный, и в 2018-м цены на энергоносители на мировом рынке вернутся к уровню $40 за баррель.

Цена на нефть, закладываемая в бюджет-2018, составляет $40,8 за баррель. Это незначительно выше цены на нефть, заложенной на 2018 год в действующем законе о федеральном бюджете на текущую трехлетку ($40 за баррель). Объем доходов, ожидаемых в 2018 году, составит 14,6 трлн рублей.

Потратить в 2018 году планируется 16,2 трлн рублей, что позволит сохранить низкий уровень бюджетного дефицита, сократив его до 1,6% ВВП (с 2,1% ВВП ожидаемых в 2017 году).

Я приветствую консервативный подход Минфина к бюджетному планированию. Однако международные прогнозы сходятся в том, что средняя годовая цена на нефть в 2018 году будет несколько выше. Например, последние оценки Энергетического агентства США предсказывают в 2018 году цены на нефть Urals на уровне $51 за баррель.

Получается, вероятность того, что реальная цена на нефть превысит заложенные в бюджетный прогноз показатели, достаточно велика, и федеральный бюджет может ожидать существенного объема дополнительных доходов. По нашим оценкам, объем дополнительных доходов может составить до 1 трлн рублей даже с учетом более крепкого курса рубля.

Давление в год выборов

Дополнительные доходы — это всегда приятно. Особенно это приятно, когда в бюджет закладывается снижение расходов почти по всем статьям, включая социальную политику (согласно «Основным направлениям […]» в 2018 году на социальную политику планируется потратить на 244 млрд рублей меньше, чем в 2017-м). В этом случае ожидание дополнительных доходов может спровоцировать желание исправить эту ситуацию и провести, например, индексацию пенсий и т. п. А учитывая, что 2018-й — это год выборов, давление, чтобы «увеличить расходы по популярным направлениям», может быть особенно сильным.

Тем не менее в этот раз к закономерному желанию потратить дополнительные доходы следует относиться с большей осторожностью, чем обычно.

Если Минфину в 2018 году удастся удержать бюджетный дефицит в оговоренных ранее рамках, не раздуть в последний момент расходы и, возможно, даже подкопить резервы, то есть шанс, что правительство решит пересмотреть свои планы относительно налоговых преобразований в 2019 году. Если необходимость в срочном поиске дополнительных доходов отпадет, то у правительства появится время выработать другие подходы к совершенствованию налоговой системы, стимулированию роста и снижению масштабов теневого сектора.

Таким образом, бюджетная политика в 2018 году вызывает особый интерес. Предстоит сделать выбор между двумя подходами. Первый: поддаться давлению и потратить дополнительные доходы, разово проиндексировав что-нибудь, но потом столкнуться с необходимостью проведения болезненных для населения налоговых преобразований (например, увеличения ставок НДС в рамках налогового маневра или введения прогрессии НДФЛ). И второй: воздержаться от дополнительных расходов в 2018 году, проявив жесткость, и создать тем самым некую основу и резерв для сохранения налоговой нагрузки на текущем уровне. И от того, как будет решена эта дилемма, зависит не только будущее нашей бюджетной системы, но и состояние наших личных финансов.

Александра СУСЛИНА