Реальное время: Как Роберт Мусин проел дыру в балансе «Тимер банка» почти на 4 миллиарда

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading ... Loading ...

Дыра в капитале «Тимер Банка», находящегося под управлением АСВ, составила 3,8 млрд рублей. Об этом стало известно из отчетности, которую банк раскрыл впервые с начала 2016 года. Попутно выяснилось, что по величине активов «Тимер» обогнал большинство здоровых банков Татарстана, встав на третье место. Что будет после санации, сегодня не ясно. Одни эксперты говорят, что продать банк не составит труда, другие — что этому помешает испорченная репутация «Тимера». Подробнее — в материале «Реального времени».

С дырой на пьедестале

До этого раза «Тимер Банк» не публиковал на сайте ЦБ РФ отчетность с момента назначения временной администрации в феврале 2017 года. Поэтому судить о реальной ситуации в банке было проблематично.

В балансе на 1 октября обнаружилось несколько важных моментов. Во-первых, «Тимер» стал третьим по размеру банком в Татарстане после «Ак Барс» Банка и «Аверса» (прежде третьим был «Девон-Кредит»). На начало октября активы «Тимер Банка» составили 30,3 млрд рублей; до этого, согласно февральской отчетности, у банка было 25,9 млрд активов.

Во-вторых, из нынешнего отчета стала известна величина отрицательного капитала «Тимера» — 3,88 млрд рублей. Также банк раскрыл финансовый результат. Как уже писало «Реальное время», за 9 месяцев текущего года он получил 3,61 млрд рублей чистого убытка, испортив тем самым картину по всему банковскому сектору республики. Де-факто банк уже более полугода не ведет операционную деятельность.

При этом у него остался внушительный в масштабах республики кредитный портфель — свыше 13 млрд рублей. Это больше, чем, к примеру, у «Татсоцбанка» и «Банка Казани». Впрочем, основная часть ссуд — дефолтные: доля просрочки в портфеле «Тимер Банка», согласно отчетности, превышает 71% (объем просрочки — 9,25 млрд рублей). В июле 2017 года «Тимер Банк» заявлял, что осенью 2016 года купил у «Татфондбанка» заведомо плохие активы на 4,6 млрд рублей. Известен стал и объем застрявших в банке вкладов: 12,3 млрд рублей.

Второе пришествие

Оздоравливать «Тимер Банк» приходилось не раз. Впервые это произошло в мае 2014 года (тогда банк носил название «БТА-Казань» и контролировался казахстанским «БТА-Банком»). За санацию «Тимера» взялся «Татфондбанк» и его основной бенефициар Роберт Мусин. В июле 2014-го его компания «Новая нефтехимия» (в октябре 2017-го суд признал ее банкротом) получила 99,99% «Тимер Банка».

Первое спасение, как предполагалось, должно было обойтись в 13 млрд рублей. Условия были следующими. «Новая нефтехимия» влила в капитал «Тимер Банка» 1,8 млрд рублей, позднее «Татфондбанк» предоставил ему кредит на 1,2 млрд рублей. Центробанк со своей стороны дал санируемому банку десятилетнюю ссуду на 9,9 млрд рублей под 0,5% годовых.

Выделенных денег хватило лишь на то, чтобы закрыть тогдашнюю дыру и расплатиться со вкладчиками, писали «Ведомости». На развитие «Тимера» санаторам требовались дополнительные ресурсы.

Вторая волна проблем началась в декабре прошлого года, примерно тогда же, когда сам «Татфондбанк» оказался под управлением АСВ. В середине декабря «Тимер» ввел ограничения на операции по картам — сначала для клиентов других банков, затем для всех. 19 декабря был установлен лимит на выдачу вкладов. Вкладчики, желающие забрать деньги досрочно, могли снять не более 5 тыс. рублей в день.

1 февраля банк сообщил, что возобновляет обслуживание по картам. Однако меньше чем через месяц в «Тимер» была введена временная администрация. 21 августа ЦБ продлил ее работу еще на 6 месяцев. Параллельно банк, сидящий фактически без основной работы, начал сокращать территориальную сеть подразделений, которая в этих условиях не только не помогала, но и способствовала «проеданию» капитала.

За банкротством «Татфондбанка» последовала масса судебных разбирательств, в том числе с участием «Тимера». В суде его представители, в частности, заявляли, что осенью 2016 года ТФБ продал «Тимеру» «токсичные» активы на 4,6 млрд рублей. Кроме того, родственные банки судились из-за операций, в результате которых «Тимер Банк» остался должен ТФБ 300 млн рублей. Летом юристы «Тимера» говорили, что эти операции нужны были, чтобы накачать ТФБ ликвидностью, не привлекая внимания ЦБ.

Притча во языцех

По мнению замдиректора аналитического департамента «Альпари» Натальи Мильчаковой, даже после оздоровления перспективы найти инвесторов для «Тимер Банка» останутся сомнительными. Сделать это будет сложно, а, может быть, и нереально, уверена она. Тем более, что «репутация испорчена аффилированностью с «Татфондбанком», который замешан в «криминальных операциях», а «недоброе имя которого стало притчей во языцех». «Трудно себе представить инвестора, который бы захотел так сильно рисковать, вкладывая немалые средства в этот банк», — рассуждает Мильчакова.

Вице-президент Ассоциации «Россия» Ян Арт, напротив, говорит, что шансы привлечь инвестора есть. У ЦБ достаточно мощи, чтобы вывести на рынок здоровый организм; подавляющее большинство банков, проходивших оздоровление, «либо встали, либо в процессе вставания с колен», отмечает он. «Судьба банка — утонет или не утонет — решается в момент, когда происходит выбор: санация или отзыв. И, как правило, если санация, то это позитивный исход всей истории», — говорит Арт.

Артем МАЛЮТИН