Forbes Russia: Летим домой: зачем миллиардер Усманов переводит бизнес в Россию | Банки и Финансы

Forbes Russia: Летим домой: зачем миллиардер Усманов переводит бизнес в Россию

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading ... Loading ...

«Наших предпринимателей стали часто упрекать в непатриотичности... Хочу поставить задачу деофшоризации нашего бизнеса», — заявил президент Владимир Путин в своем послании Федеральному собранию еще в конце 2012 года. Призывы вернуть активы и деньги на родину часть бизнесменов восприняли как руководство по смене налогового резидентства, но среди членов списка Forbes оказались и те, кто подошел к словам главы государства ответственно.

Яркий тому пример — Алишер Усманов. Принадлежащий ему (49%) и Андрею Скочу (30%, акциями владеет его отец Владимир) USM Holdings в конце декабря прошлого года объявил о планах передать контрольныепакеты акций «Металлоинвеста», «Мегафона» и другие активы в Россию. Теперь холдинг объявил о завершении процесса деофшоризации. Уже подписаны все документы о передаче холдинговой компании «ЮэСэМ» 100% акций «Металлоинвеста» и 56,32% акций «МегаФона».

«Проводимая нами реструктуризация направлена на реализацию объявленного в России курса на деофшоризацию отечественной экономики. Компании группы USM относятся к ведущим предприятиям страны, и мы рассчитываем, что перевод наших активов в российскую юрисдикцию будет способствовать дальнейшему развитию российской экономики», — приводятся в сообщении, поступившем в Forbes, слова члена совета директоров USM Ивана Стрешинского.

Эти заявления совпали по времени с готовностью «Мегафона» провести делистинг на Лондонской бирже. На прошлой неделе в компании объясняли это решение стратегией цифровой трансформации, которая может потребовать в том числе «широкого взаимодействия с государственными корпорациями» и «совершения сделок с повышенным риском». Другими словами, «Мегафон» будет базой для создания совместного предприятия с Газпромбанком и «Ростехом». Чем именно будет заниматься это предприятие, пока что до конца не понятно. Публично объявляли о развитии цифровой экономики — по совпадению также в рамках последнего послания Путина Федеральному собранию. В любом случае, вполне логично в случае «Мегафона» иметь конечного бенефициара в России.

Какие еще могут быть причины для возвращения активов в Россию? В первую очередь —прагматические. Директор адвокатского бюро «Михайлов и партнеры» Евгений Мастерских считает самой простой появившуюся возможность перевести бизнес в Россию с помощью так называемой безналоговой ликвидации иностранных компаний. По его словам, сейчас так поступают много россиян, чьи компании структурированы через иностранные холдинги. «Это не только миллиардеры, но и простые, «обычные» миллионеры», — поясняет он.

Еще одной причиной может быть целый ряд российских законов, нацеленных на повышение прозрачности иностранных холдингов. Российским бенефициарам таких структур все равно приходится раскрывать схемы владения — этого требует не только закон о контролируемых иностранных компаниях, но и закон о борьбе с отмыванием преступных доходов. «Проще говоря, смысла прятаться нет», — заключает Мастерских, отмечая, что в этом случае нет смысла тратить деньги на содержание иностранных компаний.

Деофшоризация USM — процесс последних четырех лет, напоминает Илья Алещев, партнер юридической фирмы «Алимирзоев и Трофимов». Она началась еще в 2014 году, включала упрощение цепочки владения «Металлоинвестом» в 2016 году. Делистинг «Мегафона», по-видимому, также является ее частью. «Теперь очередь дошла до замены головной компании холдинга с кипрской на российскую компанию, участники которой, согласно ЕГРЮЛ, — непосредственно Алишер Усманов и Владимир Скоч как физические лица», — продолжает Алещев. Он напоминает, что за последние годы в российском праве произошло много изменений: появились концепция конечного получателя налоговой выгоды, требование фактического присутствия, нормы о КИК. К тому же ожидается начало автоматического обмена информацией между налоговыми службами разных стран о бенефициарах счетов и активов в рамках CRS. «Все это лишило распространенные в 90-х и в начале 2000-х корпоративные структуры, в которых российские операционные компании владеют кипрскими холдингами, пользы с налоговой точки зрения, — резюмирует эксперт. — Теперь они лишь создают дополнительные риски и расходы. В такой ситуации переход на владение бизнесом через российские общества — это не только демонстрация приверженности политическому курсу на деофшоризацию, но и просто прагматический шаг».

Анастасия ЛЯЛИКОВА, Forbes Staff